В последнее время попадаются мне под горячую руку одни сборники то эссе, то колонок в журнале. Ничего плохого в том нет, но сам факт такой незапланированной периодичности занимает. Две книжки Быкова, книжка Гениса и вот, свежая публикация Улицкой.
Улицкую я читаю давно, начала с чудеснейшего романа «Медея и ее дети», который до сих пор самый любимый у нее и единственный перечитанный не раз. На этом запале проглотила рассказы и последующие романы. Надо заметить, что последняя ее книга «Зеленый шатер» уж совсем не пошла, хотя прожевать и проглотить ее посчитала своим читательским долгом.
Это затянувшееся предисловие к тому, что «Священный мусор» был под подозрением стоит ли читать. Вероятно, кабы не подстроившаяся под эссе читательская дыхалка, тренированная тремя книгами эссе и статей подряд, то отправиться бы «Мусору» в стопку книг под столом, куда отправляются все будущие жители букиниста.
Слишком уж разнородные тексты, объединенные, пожалуй, только автором да обложкой. Обычно от таких собраний ждешь что-то вроде концепции, причины, что вот все эти буквы собрали вместе и теперь после прочтения сложится мозаика, собранная из сверкающих кусочков. Но тут нет связующего звена, свалены в одну кучку интервью, эссе, воспоминания, автобиографические заметки, критические записки, всего по-понемногу.
Простите за аналогию, это все равно что собрать в книжку посты из личного блога, так в блоге эти самые посты хоть датами отмечены, можно при желании проследить извивы авторской мысли, а в книжке — почти нет. Ну на нет и суда нет, что поделаешь. Требует моя душа в мире хаоса навести немного упорядоченности и вот эта свалка в книге — основная моя к ней претензия.
Самое скучное в книге — это интервью. Наверняка, Улицкая провела огромное количество бесед с журналистами всех мастей, а в книге как на подбор что-то очень грустное, недообщение и недостатья, когда по сути, выдаются черновики мыслей, потому что быстро и внятно ответить на вопрос, в режиме live, невозможно, если только перед этим не знать что будут спрашивать. Хотя монстры, вроде Данилкина и внушают священный трепет, но он вообще давил на немолодую даму как танк.
Воспоминания о друзьях и семье читать мило, конечно, но поднаедает к концу книги рефрен «мы вот замечательные все, а вот вы кто такие?». Все-все-все удивительные, глубокие, талантливые, изумительные. Такое обилие хороших людей на одну книжку слегка пугает, честно говоря, хотя вполне может оказаться правдой. Но я вот ждала утверждения, что трава была зеленее и вода синее в те благословенные времена, когда…
И заметила такой момент, что эссе и воспоминания можно легко пристегнуть к любой книжке Улицкой и они там не будут чужеродным элементом. Вполне подошли бы на роль лирического отступления или эпизода. В конце концов такой кусок был найден — в воспоминаниях об учебе. Уже начиная читать в эссе «Благодарственное слово крысе» о том, как юную Люсю-лаборантку встречает дама-ученый, стригущая головки новорожденным крысятам, появилось чувство дежавю, что это уже я точно, стопроцентно читала. И правда, это же «Казус Кукоцкого»! О чем честно, впрочем, Улицкая и сказала ниже.
В то же время я, как любитель четких сентенций и интересных выводов, много что нашла для себя. Часть из этого созвучно моим собственным идеям, как, например, такое:
Еще я привезла с собой острое ощущение, что мой личный приватный мир построен на тончайшей пленке, под которой царит настоящий ад: ад тюрем, войн, больниц, детских домов и домов престарелых
Людмила Улицкая. Священный мусор. Эссе «Тугое пеленание»
А вот как отлично сказано о чтении!
Чтение, как и секс в его наиболее распространенном виде, требует двух партнеров — автора и читателя. Эти партнеры совершенно необходимы друг другу. Каждый раз, когда мы берем в руки книгу, мы готовим себя к новым сладостным, а порой и тяжелым переживаниям, а когда их не находим, то с разочарованием откладываем в сторону том. Читая, мы растем, дорастая постепенно до всего лучшего, что можно выразить с помощью алфавита.
Людмила Улицкая. Священный мусор. Эссе «Конец младенчества»
Очень интересно в эссе «Стэнфорд. В гостях» рассказывается история Стэнфордского университета. Вообще-то эссе о благотворительности в целом, но университет приводится как идеальный пример того, как можно богачу потратить деньги не на себя. Есть в этом же эссе рассказ о докторе Гаазе. Чуток слезливо, но показательно. Процитирую целиком:
В начале XIX века, около двухсот лет тому назад, молодой врач Федор Гааз, приехавший в Россию из Германии, сделал прекрасную карьеру: разбогател, купил в Москве пять домов, деревню и фабрику в Подмосковье. А потом его назначили инспектором тюремных больниц, и это совершенно изменило его жизнь. Он увидел каторжников, прикованных к железному пруту, в тяжелых кандалах проходящих по Владимирскому тракту до самой Сибири, и в нем произошел переворот. Двадцать лет добивался облегчения их участи, добился отмены «прута», сделал более легкие кандалы и лечил, лечил, лечил. И кормил, и помогал спасти детей каторжников, которые шли за родителями в Сибирь.
Он истратил свое состояние, и хоронили его на средства полицейского управления, потому что у него не было ни копейки. Вся Москва хоронила его — толпы шли за гробом. Наряды полиции, посланные для предотвращения беспорядков, шли вместе со всеми, обнажив головы.
По сей день на его могиле на Немецком кладбище в Лефортово всегда лежат цветы. Часто восковые или бумажные, которые покупают безденежные старушки. Доктор Гааз стал народным святым. И вспомнила я его из-за одной фразы, которую он постоянно повторял: «Спешите делать добро!»
Даже самая длинная человеческая жизнь коротка по сравнению с жизнью большой черепахи или дуба. Но человек может сделать то, что не может и не умеет ни одна живая тварь, — спасти другого человека. И может просто немного помочь: накормить голодного, облегчить страдания больного. Это так хорошо. Попробуйте, и вы почувствуете, как ваша жизнь наполняется новым смыслом, которого так часто не хватает в нашей суетливой, тяжелой и зачастую удручающей жизни.
Людмила Улицкая. Священный мусор. Эссе «Стэнфорд. В гостях»
Вообще, осталось впечатление, что эссе и воспоминания это строительный материал, те самые кирпичики-цемент, из которого строятся тексты Л.У. Конечно, за кадром осталась огромная работа по наработке материала, информации как таковой, нужной для одухотворения, оживления персонажа, но эти эссе словно тренировка, набивка руки перед написанием чего-то большого и важного. Черновики, роспись пера, разогрев суставов перед рывком.
PS. Немного материалов по теме:
- Рецензия на «Священный мусор» в Литературной газете
- Людмила Улицкая о новой книге «Священный мусор»: «Оказалось, что лишнего нет»
PPS. В эссе «Смерть, любимая!» вот что интересное помимо всего прочего Л.У. сообщила:
Как быть с мистикой? Нет такого органа. Не нашли пока! Один чует каким-то особым органом наличие в мире невидимого, а другой – нисколько. Есть замечательная картина, кажется, Лоренцо Лотто – «Благовещение».
Там на переднем плане совершенно взъерошенная потрясенная кошка. Она уже видит архангела Гавриила, которого еще не видит Дева, ради которой он облекся в видимое тело. У кошки, таким образом, порог восприятия ангельских сил оказывается выше!
Людмила Улицкая. Священный мусор. Эссе «Смерть, любимая!»
И стало любопытно ведь что там! Вот вам картина
Лоренцо Лотто. «Благовещение»
Около 1527, Холст, масло 166 x 114 см
Церковь S. Maria sopra Mercanti в Реканати
Картина взята тут: www.artita.ru/view-lotto-8
Насчет переднего плана, кажется, погорячилась Улицкая, но все равно — какая экспрессия у кошки! Вот вам поближе ее:
Прелесть =)
Мой партнерский процент пойдет на поддержку Книжной Полки
litres.ru Людмила Улицкая. «Священный мусор (сборник)»: 129,90 руб.(648,20 KZT)
Ваш отзыв